Старший Брат незаменим!

Clipboard01

Курбан-агам  дан мне самой судьбой, записанной в биографию Всевышним, а законы Природы неотвратимы ни политикой, ни местом жительства. Узнали мы друг друга с первой встречи в 1960 году на молодежной Среднеазиатской нефтегазовой конференции в столице Туркменистана, куда я отправился в свою самую дальнюю командировку с научным докладом, который был провален из-за отсутствия опыта выступления. И здесь при полном моем растройстве Курбан-ага активно выручил, как наставник, объяснив путь накопления научного опыта для построения структуры доклада с целью возбуждения внимания слушателей. Нашу Казахстанскую делегацию выручил содержательный доклад аспиранта  Зейноллы Елеуовича Болекбаева на тему по Прикаспийской впадине, более интересном, чем мой по межгорным впадинам Северного Тяньшаня.

Впервые во время дружеской беседы проявилась неограниченная доброта и братское внимание начинающему научному деятелю. И теперь я начал понимать призвание геолога в искусстве мыслить по-науке, т.е. по-новому в анализе геологической информации в широком диапазоне от стратиграфии до открытия месторождений нефти и газа. Теперь я понял наставления своего шефа Петра Яковлевича Аврова в познании наук о Земле, начиная от палеонтологии через тектонику, литологию до геохимии и сейсмики. Таким образом, Брат простым языком по-казахски объяснил мне четкое призвание научного деятеля, особенно в области геологии, где, не видя строения недр, нужно представлять все нутро на любой глубине и предсказывать места залегания полезных ископаемых в любой точке изучаемой территории.

Радости не было предела при общении с Братом по духу и призванию. Только от него вселился простым казахским языком приоритет науки во всех технических и технологических областях знаний. Книга Н. Капицы «Эксперимент, теория, практика» , на которую ссылался Курбан-ага. стала по его подсказке   настольной.  И последние годы он демонстрировал отечественную «науку», где один и даже два из этих трех основных слонов выпали и прогресс не сопутствовал нашим ученым в любой области исследований. Однако он был рад, что наши химики отработали технологию получения чистейшего героина, который практически не имеет запаха, что также как в Индостане много веков назад получили чистейшее железо, не способное подвергаться коррозии. К сожалению, к этому железному столбу уже закрыли доступ. Обнимая столб. Человек получал огромный импульс энергии, которая на многие годы оздоровляла тело и душу. Таким же качеством обладал для меня и Курбан-ага при общении даже за маленькой рюмочкой (шкаликом).

Каждый контакт не хотелось прерывать, но меня также как и его тянуло решать научную проблему, пусть малую, но необходимую для геологии. За авторством мы не стремились, делясь друг с другом своими экспериментами, теорией и предполагаемым практическим применением. Новое так сильно радовало нас, что часто готово было сердце выпрыгнуть со своего теплого места. Особенно Курбан-ага удивился моему «открытию» происхождения Жизни на Земле, о чем я поделился с ним перед участием на МГК в г. Осло. Тогда он кратко заметил – трудно поверить, но доказательства неопровержимы. И это сказал мне Авторитет в области палеонтологии.

Помню, как я рассматривал юрские аммониты из его находок в горах Туркменистана, после чего решил поискать их в горах Каратау на юге Казахстана, не такие крупные, но среднего размера (около 20 см в диаметре). Позже он ругал меня за отказ от защиты докторской. Степень и звания не привлекали меня даже при преподавательской деятельности. Хотелось как и Брат Курбан оставить след (как он говорил – наследить) в душах и знаниях студентов, что и удалось на примерно 20-30%. Это очень высокий показатель  в наш безнаучный период развития нашей страны. Однако он первым поддержал толчок на организацию в 2024 году МГК (Международный геологический конгресс) в Казахстане и попросил продвинуть это предложение, т.к. я был участником трех конгрессов как активный докладчик в нефтяной геологии.

Сейчас у меня нет энциклопедиста в области геологии и пришлось свертывать научное хобби и чувствовать, что НИР нужны только развитым странам, а не нашей промышленности, которая не хочет и даже сопротивляется внедрению новейших и уникальных отечественных разработок в области техники и технологий, созданных энтузиастами. Подозреваю, что подрыв здоровья Курбан-ага произошел от падения науки в РК так же как и НАН.

Братишка Аманниязова Курбана – Майлибаев Марат, всего лишь кгмн.

 

Поделиться:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *